Редакция журнала «Путник». За столом сидит издатель и просматривает рукопись. Входит читатель.

ЧИТАТЕЛЬ (горестно) Э-хе-хе!

ИЗДАТЕЛЬ (в сторону) Странный у него вид… Похоже, он слегка не в себе. (читателю) Проходите, присаживайтесь.

ЧИТАТЕЛЬ (утомленно) Фу-у… (садится на стул.)

ИЗДАТЕЛЬ Что с вами? Вам плохо?

ЧИТАТЕЛЬ А кому сейчас хорошо? У меня от всей этой вашей галиматьи уже ум за разум заходит!

ИЗДАТЕЛЬ Позвольте! То-есть как это: от всей «моей галиматьи?»

ЧИТАТЕЛЬ А то от чьей же еще? Ведь это же ваш брат, издатель, пичкает меня мистическими ужасниками, кровавыми триллерами, порнографическими повестями и прочей мерзостью?

ИЗДАТЕЛЬ А вы, стало быть, тут ни при чем? Вас что же, кто-то неволит читать это чтиво?

ЧИТАТЕЛЬ Нет, но…

ИЗДАТЕЛЬ Но что «но»?

ЧИТАТЕЛЬ Но должен же я как-то отвлечься от всей этой нашей собачьей жизни?

ИЗДАТЕЛЬ Ага! Выходит, и вы не безгрешны? И, стало быть, не напрасно многие издатели убеждены: насилие, скандалы, секс – это именно то, что нужно читателю. Вот и стараются… Хе-хе… угодить…

ЧИТАТЕЛЬ (возмущенно) Так что же, по-вашему, читатель – это какой-то маньяк?

ИЗДАТЕЛЬ (примирительно) Ну-ну… Не стоит так горячиться.

ЧИТАТЕЛЬ (гневно) Маньяк и насильник!

ИЗДАТЕЛЬ (озабоченно) И куда же подевалась эта рукопись? Ведь только что лежала на столе…

ЧИТАТЕЛЬ А авторы? И где вы только умудряетесь находить таких авторов? Возьмешь в руки иную книгу, а в ней – одна пустота. Нет ничего ни уму, ни сердцу. Вот только гоняются друг за другом, пьянствуют, стреляют… Доколе же эти писаки будут калечить наши души? Да будь на то моя воля, я бы вывел всех этих борзописцев на городскую площадь – и розгами их, розгами!

ИЗДАТЕЛЬ (укоризненно) Ай-яй! А сами только что выступали против насилия…

ЧИТАТЕЛЬ Ну, это я так, сгоряча.

ИЗДАТЕЛЬ Понимаю. Начитались остросюжетных детективов, кровавых триллеров…

ЧИТАТЕЛЬ Увы! А, знаете, так хочется почитать уже что-нибудь умное, доброе, светлое! Что-нибудь эдакое, знаете, чтоб и с изюминкой, и для души… Хорошую, добротную прозу, поэзию, тонкий юмор…

ИЗДАТЕЛЬ Эк, куда занесло! Да много ль у нас найдется таких читателей – умных, взыскательных, интеллигентных?

ЧИТАТЕЛЬ Уж можете быть уверены, такой читатель найдется. Главное, чтобы авторы соответствовали. Но где, где найти толковых авторов?

ИЗДАТЕЛЬ Как где? Да у нас же в Херсоне можно и найти.

ЧИТАТЕЛЬ (изумленно) Что-о? У нас в Херсоне? Уж не хотите ли вы сказать, что в нашем городе есть стоящие авторы?

ИЗДАТЕЛЬ Конечно, есть.

Входит автор.

ЧИТАТЕЛЬ (смеется) Ой, держите меня! Ой, упаду! В моем родном Херсоне живут талантливые авторы – а я о них ни слухом, ни духом не ведаю! И это в самое время, когда мне, как воздух, нужны свежие оригинальные произведения. Зачем так зло шутить!

АВТОР Что? Шутить? Да знаете ли вы нашего херсонского литератора?

ИЗДАТЕЛЬ (в сторону) Ну, все. Поехало. Теперь держись!

АВТОР Да он, может быть, живет с вами под одной крышей. Он едет утром на работу в том же переполненном транспорте, что и вы. Его сердце гложут те же заботы, что и ваше сердце. И вот, задерганный, усталый, он садится вечером за письменный стол…

Большей частью наш херсонский литератор не понят. Нередко, даже в кругу семьи, на него смотрят как на большого неразумного ребенка. Всем кажется, что он оторван от реальной жизни, витает в облаках, тогда как в доме не починен утюг, а с крана капает вода! Но – чем бы дитя не тешилось…

И вот, несмотря ни на что, автор все же пишет свое сочинение. И тут для него начинаются танталовы муки.

Автор пытается опубликовать рукопись – и отовсюду получает отказы. Он оббивает пороги всевозможных редакций – и везде ему снисходительно объясняют, что его рукопись, мол, сыра, незрела, что тема неактуальна, слог коряв, и вообще, шел бы ты, братец, со своим опусом куда подальше…

Время идет – автор не молодеет… Многие не выдерживают и навсегда уходят из литературы. Но самые стойкие пробиваются, как трава сквозь асфальт. И тогда читатель, взяв в руки публикацию и пробежав глазами несколько абзацев, насмешливо восклицает: «Опа-на! Новый Гоголь явился!»

ЧИТАТЕЛЬ Позвольте, позвольте!

АВТОР (гневно) Нет, не позволю!

ИЗДАТЕЛЬ (потирая руки) Так его! Так!

ЧИТАТЕЛЬ И все же позвольте с вами не согласиться. Если произведение действительно талантливо – читатель примет его с восторгом!

АВТОР (недоверчиво) Кто? Наш херсонский читатель?

ЧИТАТЕЛЬ А чем это он вам так не угодил?

АВТОР Да хотя бы тем, что он, может быть, еще и не готов воспринять действительно классную вещь!

ЧИТАТЕЛЬ Вот вы ее сперва напишите, эту самую классную вещь – тогда и поглядим.

АВТОР (возбужденно) А я напишу! Я напишу!

ЧИТАТЕЛЬ А вот и напишите.

АВТОР (горячась) А вот специально, чтоб всем доказать, и напишу!

ЧИТАТЕЛЬ Только вы там поменьше высасывайте из пальца! Пишите о том, что действительно знаете. И довольно чернухи. Обрыдла уже. Вы лучше сейте светлое, доброе, вечное. Договорились?

АВТОР Ну-у… Тут надо будет поднапрячься…

ЧИТАТЕЛЬ Так поднапрягитесь! А то привыкли, понимаешь, скользить по вершкам. Короче! (нацеливается пальцем автору в грудь) Вы как, хотите войти в историю отечественной литературы?

АВТОР А как же!

ЧИТАТЕЛЬ Тогда так: секса поубавить – дельных, толковых мыслей добавить.

АВТОР Минутку!

ЧИТАТЕЛЬ (Не слушая) И дать больше юмора. Причем не пошлого, залежалого, эдакого, знаете ли, с душком, как вы там наловчились – а потоньше, поинтеллигентней.

АВТОР М-мм…

ЧИТАТЕЛЬ В чем дело?

АВТОР Да вот с юмором, понимаете ли… то есть с таким, как вы требуете, сейчас напряженка… Да и с дельными мыслями, если сказать по совести, тоже…

ЧИТАТЕЛЬ Вот славно! Вечно у вас, чего ни кинься – ничего нет. И чем вы только там занимаетесь… Ищите! Экспериментируйте! И вот еще что (прищелкивает пальцами). Дайте что-нибудь эдакое, знаете ли, для души. Стихов там, что ли? Или, на худой конец, что-нибудь философское… Да смотрите, не пересолите. А то ж знаю я вашу братию: вас заставь Богу молиться…

АВТОР Не извольте беспокоиться, все будет в наилучшем виде! А не хотите ли, так сказать, на десерт, что-нибудь остросюжетное?

ЧИТАТЕЛЬ М-мм… Пожалуй… Что нибудь эдакое, знаете ли, лихо закрученное. Ну и, естественно, круто раскрученное. Сумеете?

АВТОР Я-то смогу…

ЧИТАТЕЛЬ Так в чем загвоздка?

АВТОР (понижая голос и бросая косой взгляд на издателя) Да вон. Сидит… Змей горыныч о трех головах… Что не принесешь – все не так. То свежих мыслей требует, то чувств. Совсем озверел!